Пользовательского поиска







предыдущая главасодержаниеследующая глава

Враги шестиногих

Взял и клюнул Таракана - 
Вот и нету великана. 

К. Чуковский. Тараканище

Есть среди млекопитающих и хищники, и вегетарианцы. Есть и такие, которым по душе любая пища как растительного, так и животного происхождения. Однако в пределах одного отряда вкусовые запросы животных обычно более или менее однообразны. Достаточно вспомнить такие отряды, как насекомоядные, хищные, копытные. Богаче выглядит меню сумчатых, приматов, грызунов. Но рукокрылые по разнообразию используемых кормов превзошли, пожалуй, всех млекопитающих.

Если всех рукокрылых в зависимости от способа добывания пищи разделить на группы, то первое место по количеству видов займут животные, которые ловят на­секомых в воздухе. Следующий по важности тип питания рукокрылых - поедание всевозможных плодов растений. Несколько менее распространено собирание неподвижно сидящих насекомых с поверхности различных предметов. За ним, в порядке убывания числа видов, следуют рукокрылые, питающиеся нектаром и пыльцой цветов, рыбоядные, хищные и, наконец, кровососущие.

Итак, самая популярная добыча рукокрылых - насекомые, которые служат единственной пищей для летучих мышей умеренных широт и являются необходимым компонентом меню большинства других рукокрылых.

Тактические приемы охоты за насекомыми у разных летучих мышей различны. Одни, как пишет А. П. Кузякин, медленно летая над поверхностью водоема, около группы деревьев, вдоль обрыва, просеки или аллеи парка, почти пассивно схватывают пролетающих на пути насекомых. Другие в погоне за добычей описывают ломаные линии, постоянно меняя направление полета, то и дело кидаясь в стороны, вверх или вниз. Третьи с большой высоты стремительно бросаются за каким-нибудь жуком, пролетая по отвесной линии несколько десятков метров.

Многие летучие мыши, обычно предпочитающие ловить насекомых в воздухе, могут охотиться и за неподвижной добычей. Чаще всего такая охота бывает вынужденной. Например, в ненастную ветреную погоду, когда насекомые отсиживаются в укромных местах, некоторые ночницы и кожаны ловят их, ползая по поверхности стволов деревьев, стен зданий. Но есть летучие мыши, которым выслеживание притаившейся добычи нравится больше, чем охота в воздухе. Обитающие в Америке красные волосатохвосты отыскивают насекомых в листве деревьев. Зверьки одного из видов летучих мышей Африки приспособились извлекать личинок жуков из плодов финиковых пальм. А их соотечественники - африканские щелеморды - отваживаются нападать на ползающих по земле ядовитых скорпионов.

Среди летучих мышей, живущих в пределах нашей страны, также встречаются любители охоты за ползающей добычей. Это широко распространенные у нас ушаны. На промысел зверьки вылетают в поздние сумерки. Их излюбленные места охоты - лесные заросли. Летая между деревьями, ушаны время от времени присаживаются на ветки, ловко пробегая по ним и хватая сидящих насекомых. Иногда зверьки могут нападать на гусениц, когда те опускаются на паутинке.

Весьма оригинальный способ охоты применяют обитающие в Африке желтокрылые ложные вампиры. Они не утруждают себя утомительной погоней за насекомыми. Подвесившись вниз головой на ветке, зверек начинает «ощупывать» окружающее пространство при помощи своего ультразвукового локатора. Одновременно он вращается подобно антенне радарной установки. Запеленговав насекомое, зверек моментально устремляется к нему, после чего возвращается на прежнее место и неторопливо пережевывает добычу.

«Столовой» летучим мышам могут служить как заранее определенные постоянные места, чаще всего ветки деревьев, так и ночные воздушные просторы. Обычно мягкотелые насекомые поедаются прямо в полете. С жуками и бабочками возни больше. Летучие мыши очень не любят их жесткие неперевариваемые панцири и крылья.

Изловив такое насекомое, летучая мышь несет его во рту к своему насесту, который она уже давно выбрала в качестве обеденного стола. Устроившись на нем, зверек проворно очищает жертву от плотных хитиновых покровов и поедает оставшиеся мягкие части. Все это проделывается с чрезвычайной ловкостью, даже в тех случаях, когда размеры добычи велики и она отчаянно сопротивляется. Вот какое описание трапезы ушана находим мы у А. П. Кузякина: «Бабочки-совки, которые давались ушану, бились своими сильными крыльями, но ни одной не удалось вырваться несмотря на то, что только небольшая часть бабочки помещалась в маленькой пасти ушана. При еде ушан медленно перебирал тело прусака или бабочки во рту, причем разжевывал и высасывал его» (Кузякин А. П. Летучие мыши. М., Советская наука, 1950).

При искусственном кормлении в лабораторных условиях многие летучие мыши ведут себя приблизительно так же, как и в естественной обстановке. Остроухие ночницы, выхватив из кормушки личинку мучного хрущака, уносят ее подальше от кормушки и, прицепившись в удобном месте, совершают трапезу. То же самое проделывают, получив личинку, трубконосы. Но только более изысканно. Для добычи они устраивают импровизированную чашечку-кормушку из собственной хвостовой перепонки. Правда, привыкнув к человеку, трубконосы перестают уединяться с добычей и невозмутимо обедают в любых позах. И даже спокойно бродят по столу, собирая разбросанных личинок и куколок хрущака. А вот кожаны и вечерницы ведут себя как настоящие обжоры. Забравшись в кормушку, они часто так плотно набивают свои животы, что бывают не в состоянии ее покинуть и тут же устраивают себе «мертвый час» - засыпают.

Знание положения, в котором зверьки привыкли поедать пищу на воле, имеет, вероятно, решающее значение при попытках их выкармливания в лаборатории. Подковоносы, например, бывают очень агрессивно настроены, царапаются и кусаются, если им предлагают пищу, держа их при этом в горизонтальном положении. Но стоит только зверьку повиснуть на руке экспериментатора вниз головой, как он сразу успокаивается и с большим аппетитом набрасывается на предложенное угощение (Материалы первого Всесоюзного совещания по рукокрылым).

Некоторые летучие мыши поедают добычу не тотчас после поимки, а складывают ее в специальные защечные мешки. В процессе охоты зверек наполняет их насекомыми.

Затем, возвратившись в убежище, не спеша пережевывает запасы.

Интересные наблюдения за жизнью и пищевыми повадками летучих мышей приводит один из зарубежных натуралистов Б. Бир. «В течение многих лет, - пишет он, - на балке задней веранды нашего дома жила маленькая серая летучая мышь с розовой мордочкой и большими розоватыми ушами. Количество бабочек, жуков и летучих муравьев, потребляемое этим небольшим существом, было поразительно. Каждую ночь зверек оставлял после себя на полу веранды груды крыльев насекомых и помета. Поскольку он учинял такой беспорядок, мы были обескуражены его визитами и прогоняли его прочь, применяя при этом теннисные ракетки и веник. Но через час или полчаса он всегда возвращался снова. Однажды мы даже решили окурить веранду, сжигая серу. Зверек спешно удалился, но не прошло и недели, как он опять вернулся на свое место» (Beer В. Bats. - African Wildlife, 1974, vol. 28, № 2, p. 8).

Далее Бир рассказывает о неудачных попытках изловить летучую мышь, прибегнув к помощи специального «птичьего» клея, которым решили намазать перекладину на веранде - любимое пристанище зверька. Но тот, почуяв неладное, просто-напросто перестал садиться на вымазанную клеем часть перекладины. И тогда жильцам дома ничего не оставалось, как смириться с присутствием беспокойного гостя, застелив, однако, пол веранды газетами. Вскоре зверек привык к людям, а люди к нему. Ночью при свете фонаря можно было видеть, как он жует пойманных жуков, умывает мордочку краешком своих тщательно вылизанных крыльев и разговаривает сам с собой тихими высокими звуками. Остатки насекомых он по-прежнему сбрасывал на пол. Рассматривая их, можно было довольно точно определить меню зверька.

Кстати, именно анализ непереваренных остатков пищи и является одним из самых распространенных и доступных методов изучения рациона летучих мышей. Но у него есть свои трудности. Попробуй разыщи мелкие крылышки и кусочки хитинового панциря в густой траве под «столовой» зверька! Проще обстоит дело с летучими мышами, которые поедают насекомых над водной поверхностью тихих прудов, озер и речных заводей. Легкие остатки пищи тонут не сразу, а продолжают некоторое время держаться на поверхности. Тут их только успевай собирать. И если это удается сделать, перед исследователем открывается еще одна маленькая тайна, которыми так богата жизнь рукокрылых. Оказывается, каких только насекомых не ухитряются ловить эти неутомимые ночные охотники. Кроме жуков и бабочек - основной пищи большинства летучих мышей,- зверьки промышляют всевозможных комаров, мошек, кузнечиков, стрекоз, цикад. Очень часто в зубы летучих мышей попадают насекомые - вредители сельского хозяйства. Однажды на месте отдыха ушана были собраны остатки 25 видов бабочек, третья часть их - злостные вредители.

Некоторые летучие мыши, кормящиеся в воздухе, используют при поимке добычи следующий прием. Настигнув насекомое, зверек ловко сбивает его концом крыла в подставленную в виде мешка межбедренную перепонку. Эта перепонка соединяет лапки и хвост зверька, и ему не составляет особого труда в нужный момент слегка подогнуть лапки, образовав при этом своеобразную ловушку. Поймав таким образом насекомое, летучая мышь моментально выхватывает его ртом из ловушки.

Не все летучие мыши могут пользоваться подобным способом. Есть виды, у которых межбедренная перепонка развита слабо, имеет небольшие размеры и совершенно не годится для этой цели. Таким летучим мышам приходится ловить насекомое при помощи крыловой перепонки.

Некоторые зверьки, особенно те, которые ловят нелетающую добычу, не применяют никаких ловушек. Самый удобный для них прием - сразу схватить насекомое зубами. Впрочем, если добыча достаточно крупная, ловчий мешок может служить помехой и для поклонников его применения. В таких случаях зубы бывают надежнее.

Обмен веществ у этих маленьких животных высок, и поэтому в активном состоянии они нуждаются в большом количестве пищи. Интенсивность, с которой летучие мы­ши могут ловить добычу, поразительна - до 500-600 насекомых в час, то есть каждые 6-7 секунд одно насекомое. Подсчитано, что в среднем летучая мышь за один час охоты совершает 1100-1300 бросков на пролетающих насекомых. Если насекомых в месте охоты зверьков достаточно много, то приходится только удивляться той молниеносной быстроте, с которой они способны хватать добычу. Бурая ночница, например, при кормлении в лаборатории успевает поймать за одну минуту до 20 мух дрозофилл. Более того, часто удается наблюдать, как зверек в течение секунды хватает одного за другим двух насекомых.

Даже в условиях неволи, когда потребность в пище вследствие малой подвижности зверьков не так велика, как на свободе, они могут при кормлении увеличивать вес своего тела на одну пятую-одну четвертую часть от исходного. Иногда масса съеденных насекомых достигает 35-40 процентов веса тела голодной летучей мыши. Ученым приходилось наблюдать, как рыжая вечерница, весящая 25 граммов, за полчаса съедала 115 личинок мучного хрущака общим весом около 11 граммов. Описан случай, когда рыжая вечерница поедала такое количество личинок, что ее вес удваивался.

Полагают, что в природе летучие мыши съедают пищи больше, чем в неволе. Но нельзя забывать, что в естественной обстановке добыча достается зверькам не гак легко, как в кормушках вольеры. С определенного момента охоты каждое последующее съеденное насекомое становится той самой «иголкой», которая «тяжела в походе», а в данном случае в полете. Причем в полете активном, требующем от зверька большой ловкости и маневренности. Таким образом, можно считать, что хотя различия в потреблении пищи свободными и плененными зверьками и существуют, они не так уж значительны.

Летучие мыши обладают свойством, которое покажется удивительным, после того как мы узнали об их необычайной прожорливости. Оказывается, они могут довольно долго обходиться без пищи. Потеря веса в таких случаях невелика, и животные сохраняют способность к полету. Известен факт, когда рыжая вечерница выдержала голодовку в течение 18 дней, после чего быстро восстановила свой исходный вес. А один нетопырь голодал почти полтора месяца и к концу этого срока мог свободно летать и охотиться.

Способность переносить длительную бескормицу выработалась у летучих мышей в процессе эволюции не случайно. Она вызвана жизненной необходимостью и имеет большое приспособительное значение для рукокрылых, особенно насекомоядных, живущих в умеренных широтах. Во-первых, лет насекомых в плохую погоду почти прекращается. Во-вторых, дождь и ветер - не лучшие условия для полета самих зверьков. В такие ненастные ночи вам часто приходится отсиживаться в собственных квартирах, затянув пояса потуже. Не будь этого полезного свойства, не сладко пришлось бы летучим мышам во время вынужденных постов.

«В неволе,- рассказывает А. П. Кузякин,- многие виды часто подходят к сосуду с водой и пьют, особенно после еды. Во время питья они то лакают, как кошки, то медленно тянут глотками, то погружают в воду нижнюю челюсть и как бы черпают ей, после чего, подобно некоторым птицам, поднимают голову кверху. В природе они пьют на лету, как ласточки и козодои» (Кузякин А. П. Летучие мыши).

Постоянная потребность в воде наблюдается не у всех рукокрылых. Опыты показали, что зулусский кожан и плоскоголовый складчатогуб, обитающие в пустынных районах Южной Африки, месяцами нормально живут и размножаются, совершенно не потребляя воды. В жаркие засушливые сезоны года они получают всю необходимую для организма влагу из тел поедаемых насекомых. Избежать больших потерь влаги тропическим летучим мышам удается благодаря особому механизму, сдерживающему испарение через кожу. И механизм этот работает таким образом, что с повышением температуры воздуха испарение не только не увеличивается, но даже несколько уменьшается. Способность кожи этих зверьков удерживать воду пока трудно объяснить, но, по-видимому, немаловажную роль в этом играет тот факт, что количество кровеносных капилляров в коже относительно невелико.

Для нормальной жизнедеятельности любого животного необходимо множество различных химических веществ. Часть из них может синтезироваться в организме животного, другие поступают с поедаемой пищей. Известно, как велика потребность животных в витаминах, в частности в витамине С - аскорбиновой кислоте. Многие млекопитающие синтезируют эту кислоту самостоятельно и не нуждаются в поступлении ее извне. Но некоторые, в том числе приматы и человек, не способны к синтезу этого витамина. До недавнего времени в список таких «неспособных» включали из всех рукокрылых только летучих лисиц. О других рукокрылых по этому вопросу ничего известно не было.

Американские ученые исследовали более трех десятков видов летучих мышей и пришли к выводу, что у всех рукокрылых отсутствует специальный фермент, катализирующий один из этапов биосинтеза аскорбиновой кислоты из глюкозы. Предполагают, что утрата этого фермента произошла еще у общего насекомоядного предка рукокрылых.

Однако вернемся к насекомоядным рукокрылым.

Едва летнее солнце скроется за горизонтом и воздух наполнится свежестью и ароматом вечерней прохлады, как начинается бесшумная стремительная охота летучих мышей. К этому времени выползают из своих убежищ ночные насекомые; полчища шестиногих устремляются в еще непотухшее от зари небо. Для летучих мышей открывается широкое поле деятельности. Тут знай не зевай - насекомые тоже не лыком шиты, спасаются кто как может. Особенно трудно приходится с бабочками. Часто они и в скорости рукокрылым не уступают, и на разные уловки идут, как только услышат поисковые крики летучих мышей.

В ранние сумерки вылетают на промысел нетопыри, вечерницы; большинство ночниц - позже. Обычно вечерняя кормежка длится около часа. Но иногда время охоты может увеличиваться или уменьшаться. Как правило, на продолжительность вылета влияют погодные условия. Тихой теплой ночью, когда в воздухе полным-полно насекомых, зверьки, быстро насытившись, возвращаются в убежища. Ненастная ветреная ночь служит иногда причиной более длительного лета мышей. Ведь насекомыми в такую погоду не очень-то разживешься. А если погода портится окончательно и становится холодно и сыро, летучие мыши вообще отказываются от охоты, дабы не тратить сил понапрасну.

Интересно, что летучие мыши, живущие глубоко в пещерах, иногда на расстоянии нескольких километров от входа, умудряются узнавать, какая погода на «улице». И если их внутреннее бюро прогнозов подсказывает, что погода неблагоприятна для лова, они даже не трогаются с места.

Сумеречные виды летучих мышей, которых мы уже назвали, не ограничиваются только вечерним вылетом. Вернувшись сытыми в свои родные апартаменты, они большую часть ночи посвящают послеобеденному отдыху. Перед рассветом зверьки вылетают второй раз, но уже, как правило, не с целью кормежки, а лишь для того, чтобы совершить прогулку перед дневным сном.

Длиннокрылы, ушаны, складчатогубы и некоторые Другие летучие мыши относятся к так называемым ночным видам. Вылетают они один раз в сутки. Причем некоторые из них предпочитают охотиться в глубокой темноте (ушаны, трубконосы), а, например, длиннокрылы начинают свои полеты сразу после захода солнца и могут отсутствовать в убежище почти до утра. Столь продолжительные полеты длиннокрылое А. П. Кузякин объясняет не тем, что эти животные способны быстро и долго летать, а тем, что поблизости от убежища они не могут в достаточной мере удовлетворить свои потребности в насекомых. Как правило, длиннокрылы селятся многотысячными колониями. Естественно, что всем зверькам корма не хватает, и поэтому подчас они вынуждены совершать дальние полеты за добычей.

При определенных условиях сумеречные виды нередко «превращаются» в ночные. Мы знаем, что недостаточное количество летающих насекомых может быть причиной более длительной охоты зверьков. Иногда такая охота затягивается до рассвета. Трудновато приходится самкам в период беременности и выкармливания потомства. Частенько во время охоты мамаши присаживаются отдохнуть на любом случайно подвернувшемся предмете. Это, конечно, приводит к увеличению длительности вылета. А если учесть еще, что беременной или кормящей самке самой необходимо питаться обильно и калорийно, то можно себе представить, какие трудности испытывает зверек ради благополучия своего отпрыска. Кстати, нелегко на первых порах приходится и молодым мышатам. Начиная свои самостоятельные вылеты, они в течение ночи время от времени возвращаются в убежище, чтобы перевести дух. Стремительный темп охоты их быстро утомляет.

Мы привыкли считать летучих мышей сугубо ночными животными, активность которых приурочена только к темному времени суток. Но всегда ли летучие мыши предпочитают вылетать на охоту ночью и в сумерки? Не могут ли быть исключения из правил? Оказывается, такие исключения бывают. Правда, не очень часто. Ученым неоднократно приходилось наблюдать дневной лет мышей. Обыкновенно подобные «аномалии» активности зверьков связаны с определенными условиями - с состоянием кормовой базы, с погодой, с наличием иди отсутствием врагов и конкурентов. Так, весной на Азорских островах вечерницы встречались в полуденные часы. Исследователи, наблюдавшие это явление, склонны объяснять его обилием весной летающих насекомых именно в светлое время суток. Немалое значение, вероятно, имеет и тот факт, что на Азорских островах нет дневных хищных птиц, которые могли бы быть врагами летучих мышей, а также нет птиц-конкурентов - ласточек и стрижей. Однажды А. П. Кузякину удалось наблюдать охоту усатой ночницы среди бела дня, при ярком солнечном свете. Это происходило в зоне высокогорных лугов. По вечерам там поднимался сильный ветер, а ночью температура воздуха понижалась. В такую погоду ночница, по-видимому, не отваживалась вылетать. А вот дни стояли жаркие, и зверек, поборов свои отрицательные эмоции на солнечный свет, решился на дневную охоту. Ученым нередко приходилось видеть дневной лет зверьков в прохладное осеннее время, когда насекомые становятся активными только днем. Описаны также случаи вылета летучих мышей в теплые зимние дни на юге нашей страны.

Чтобы изучить суточную активность летучих мышей, исследователи применяют самые разнообразные методы. Чаще всего просто считают зверьков на выходе из пещеры или другого убежища. Таким образом, удается установить начало вылета, его апогей, то есть время, когда вылетает основная масса животных, и, наконец, финал, когда наружу выбираются самые нерасторопные зверьки. Помимо столь простого метода, ученые используют и другие, более современные. Часто применяются различные устройства и приборы, такие, например, как прибор ночного видения или устройство, обеспечивающее фотосъемку через короткие промежутки времени. Просматривая затем множество последовательно сделанных фотоснимков, можно довольно точно судить об активности зверьков. Но самым совершенным прибором является, вероятно, специальный ультразвуковой приемник, который настраивается на частоту, наиболее характерную для локационных сигналов исследуемого вида летучих мышей. Когда зверьки пролетают перед узконаправленной антенной приемника, излучаемые ими сигналы автоматически регистрируются на ленте самопишущего аппарата, подобно тому, как записывается ритм работы сердца на ленте кардиографа.

Каждая летучая мышь использует для охоты определенные кормовые участки. У разных видов они различны. Одни зверьки предпочитают ловить насекомых над поверхностью водоемов, другие - вблизи от оврагов и обрывистых берегов рек, третьим по душе лесные опушки и заросли кустарников, четвертые добывают пищу рядом с жильем человека.

Почти все мелкие млекопитающие, такие, например, как грызуны и насекомоядные, имеют очень небольшие кормовые участки. Чаще всего величина этих участков ограничивается несколькими десятками метров. Летучие мыши, не отличаясь от мелких наземных животных своими размерами, имеют по сравнению с ними огромное преимущество - крылья. Способность к полету открывает для зверьков большие возможности при отыскании и ловле добычи, значительно расширяет границы используемых для этого территорий. Если наземные животные, образно говоря, живут в двумерном пространстве, и третье измерение им не всегда бывает под силу, то летучие мыши свободно покоряют и это измерение, раздвигая тем самым границы своего жизненного пространства не только вширь, но и в высоту. Это дает им возможность избегать конкуренции с себе подобными, гарантирует наиболее полное использование пищевых ресурсов в том или ином районе их обитания.

Дальность кормовых полетов летучих мышей может зависеть, как мы уже знаем, от особенностей их общественного образа жизни. Рукокрылые, обитающие большими колониями, вынуждены совершать перелеты на значительные расстояния, поскольку вблизи от убежища насекомых часто бывает недостаточно для удовлетворения потребностей всех членов колонии. Зверьки, живущие поодиночке или малыми скоплениями, таких трудностей не испытывают. Поэтому радиус их охотничьих угодий, как правило, невелик. Нередко он определяется лишь расстоянием, отделяющим их убежища от ближайших излюбленных мест охоты зверьков. Многие летучие мыши вообще предпочитают ловить добычу в непосредственной близости от убежища. Например, по данным А. П. Кузякина, нетопыри-карлики, ушаны и некоторые другие виды почти никогда не предпринимают дальних полетов, охотясь, можно сказать, прямо под окнами своих квартир.

Несколько подробнее о дальности кормовых полетов рукокрылых мы узнаем, когда будем говорить о миграциях летучих мышей. А сейчас обратим внимание на некоторые вопросы, связанные с выбором зверьками тех или иных мест лова насекомых.

В зависимости от обилия и доступности добычи летучие мыши могут менять свои охотничьи владения и выбирать другие, более богатые насекомыми. Известный советский зоолог С. И. Огнев наблюдал весной энергичную охоту поздних кожанов над барханами в пустыне близ Ашхабада. Но как только летом в городских садах появилось множество хрущей, кожаны стали охотиться в городе. Через некоторое время хрущи исчезли, и зверьки опять переметнулись в районы городских окраин. Часто, особенно на юге, летучие мыши встречаются в больших количествах. Причем, добывать пищу им приходится бок о бок с особями не только своего вида, но и с другими видами. Каким образом животные умудряются не мешать друг другу? Во-первых, в этом им помогает их собственная предрасположенность к определенному времени пищевой активности. То есть они стараются вылетать на охоту в порядке очереди - сначала один вид, за ним другой и так далее. Однако периоды активности разных видов могут перекрываться. Казалось бы, избежать конкуренции в этом случае при обилии летучих охотников невозможно. Но здесь на помощь приходит пространственное разграничение участков, как вертикальное, так и горизонтальное. Одни виды зверьков поднимаются на промысел высоко в воздух. Другие ловят насекомых над самой землей или на ее поверхности. Некоторые стремятся улететь на кормежку как можно дальше от убежища, а иные промышляют рядом с ним. Кроме того, объекты лова у разных видов летучих мышей чаще всего не одинаковы. Даже у особей одного вида меню может резко различаться в зависимости от пола и возраста зверьков. Так, самцы малой бурой ночницы в ряде районов Канады предпочитают лакомиться комарами. Их подруги ловят в основном ручейников и бабочек. Для кормящих самок эта добыча выгодна в энергетическом отношении - она крупна и высококалорийна. Рацион молодых ночниц куда более разнообразен. Устойчивые пищевые привычки у них еще не успели выработаться, и они пробуют все что ни попадет на зуб.

Подобная пищевая специализация среди особей одного вида наблюдается и у других летучих мышей. Она, несомненно, имеет огромное значение для сглаживания внутривидовой конкуренции.

Что касается конкурентов «со стороны», то есть не рукокрылых, то в этом отношении летучие мыши чувствуют себя спокойно. Лишь козодои могут быть отнесены к числу конкурентов летучих мышей. Но они питаются крупной добычей и поэтому соперничают только с крупными летучими мышами.

На этом мы закончим знакомство с особенностями питания насекомоядных рукокрылых. Но далее не раз еще будем возвращаться к ним, рассматривая целый ряд их удивительных способностей, их поведение в разных случаях жизни, их огромное практическое значение для человека.

предыдущая главасодержаниеследующая глава



© Алексей Злыгостев, подборка материалов, разработка ПО 2001–2011
Разрешается копировать материалы проекта (но не более 20 страниц) с указанием источника:
http://animal.geoman.ru "Мир животных"

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru

http://www.elkon.ru/ - мини бетонный завод Москва.